Nina Rubshtein (rubstein) wrote,
Nina Rubshtein
rubstein

Моя биография-2, продолжение

Начало здесь Моя биография-2

Наступил август и мы с мужем и еще десятью психологами из нашей команды приехали на Фиолент. Открыв калиточку "Дома Сновидений" и вдохнув его неповторимой атомосферы, я потерялась во времени:
- Гендальф?
- Ась?
- Да ты! Да ты! Как это, а?!
Перед моими глазами была та самая экспериментальная площадка, которую я заказывала. Здесь все создано для практики. Каждый сантиметр воздуха.

И у меня перед глазами возник тот лотос, который я нюхала в Непале весной. Большие белые лепестки, поднятые в чашу, большая желтая серединка с рыжими крупными тычинками на тонких крепких ножках, удивительно тонкий аромат, едва уловимый, но как-будто отражающий всё самое хрупкое и ценное в мире.
И вот тут я почувствовала звук: "Дзен-н-н-н....".
Переживание совпало.
Когда смотришь на лотос - все становится предельно понятно. Я не знаю, как это передать. Точнее, можно сказать, что весь внутренний диалог и мышление на какое-то время перестают существовать, остается только лотос. А с ним все понятно - он прекрасен, растущий в грязи, как весь этот мир.

Десять дней длился наш командный эксперимент, в котором мы, отказавшись от привычных и родных гештальтистской душе форматов, в спонтанном режиме формировали пространство Путешествия в Путешествии - психологического тура.
Если вы решили тренировать осознанность, то весь мир - поле и предмет, повод и форма для практики.
Я думаю, что это было крупнейшим событием для нашей команды. Никто не хотел уезжать. А когда я села в самолет, закрыла глаза и мое сознание убежало обратно, я увидела вокруг Дома белый волшебный туман.
- Саш, ты знаешь, что твой дом окружен белым туманом?
- Да... Как-то хотел его продать, но потом увидел туман и передумал.

Мы запланировали на апрель первый клиентский тур "Прошлое. Настоящее. Будущее. Как жить здесь-и-теперь", я была вдохновлена и чувствовала , что иду верным путем. Но... Хочешь насмешить Гендальфа - расскажи ему о своих планах.
В конце февраля 2012 муж сказал мне, что мы расстаемся. На моих глазах посыпалось все, что я строила долгих почти 20 лет.

Не было какой-то одной-единственной причины, которая вдруг сработала, и мы расстались. Просто мы сделали всё, что могли в этом браке, и он иссяк. Мы научились друг у друга всему, чему должны были научиться, работа была завершена.

Судя по моему истощенному состоянию, иссяк он давно, но я отказывалась в это верить, выжимая из наших отношений всё, что только можно было выжать. В моей голове была картина, что я состарюсь и умру с этим человеком, и ничего другого быть не может, потому что не может быть. Поэтому расставание, хоть и было закономерным, для меня всё равно было смертельным ударом, потому что рушилась вся моя картина мира, моё представление о нас как об идеальной паре, вся моя мировоззренческая концепция.

Еще когда мы были на Фиоленте, Артем Жилин изучал карты таро, и я попросила его вытащить мне просто одну карту. Он вытащил карту "Смерть", и сказал, что что-то во мне умрёт. Какая-то часть меня. И вот, этот момент настал. Я оказалась один на один с бездной, больше-не-профессионал, больше-не-жена, а кто? Кто я? Пустота ничего не отвечала.

Я поседела, похудела, я всё время блевала желчью. И рыдала. Я умирала. Старая я должна была умереть.
В этом чудесном состоянии мы с Артёмом поехали всё равно на Фиолент проводить пситур про здесь-и-сейчас. Это было гениальным решением, потому что единственное, что я могла в тот момент - это быть здесь-и-сейчас: прошлое разрушилось, будущее тоже. Я была живым транслятором состояния и философии "здесь-и-сейчас".

Мы стартовали 15 апреля. Было еще достаточно холодно для меня. Но если вы решили проходить трансформацию в "Доме Сновидений", то это лучшее, что вы могли бы себе организовать.

Поскольку я хорошо знала из практики, как проходят такого рода кризисы и сопровождала в них большое количество людей, я отважно пошла по этапам кризиса. Самое первое, что нужно было сделать - это принять произошедшее. Что бы вы ни говорили себе, как бы вы не понимали, что "надо принять", у организма своя скорость. Ум ищет лазейки: а может можно что-то изменить? А вдруг всё еще вернётся?
И нужно просто снова и снова возвращать себя к правде. Это больно.

В "Доме Сновидений" в это время работали Марина Дригола и Елена Витошкина. Видя моё состояние, они взялись меня приводить в чувство телесно-терапевтическими методами и женскими практиками. Одна легкая и воздушная, другая суровая и земная, как две мои полярности, они интегрировали мое тело.

- Как мне перестать любить? Я хочу избавиться от этого чувства!!! Я больше так не могу!
- Не смей убивать любовь! Это самый тяжкий грех! Представь, что он в другой стране и между вами железный занавес и интернета нет, и вы увидитесь не раньше, чем через два года.
Это был один из самых ценных Лениных советов. Я любила, но я отказалась от отношений. И любовь переродилась в совсем другое переживание - из супружеской в сестринскую. Не сразу. На это потребовалось целых два года.

В один из дней, когда меня разрывали на части мои страдания, и я делала все возможное, чтобы просто дать горю делать свою работу, никак ему не мешая, разыгрался сильнейший шторм. Не смотря на то, что в целом было не очень холодно, меня охватил жуткий озноб, все тело похолодело как у мертвеца. Саша принес мне обогреватель и включил теплый пол. В комнате было, наверно, +30, но я все еще мерзла. И шторм за окном отражал мою внутреннюю бурю. В какой-то момент внутри меня всё стихло и я увидела вокруг себя белые фигуры, круг белого тумана, защищающий меня от бури, которая шла снаружи. Я поняла, что я умерла, и ангелы помогли мне выиграть эту битву. Пришло время рождаться мне новой.

- Привет, красавица, - сказала Галадриэль. - Начинаем всё сначала. Ты была кем угодно, но не была женщиной и не знаешь этого счастья.
- А что, это поправимо?
- Начнем с того, что бы перестать расходовать серотонин в таких количествах. Диета и обучение практикам углубления, принятия и синтеза.

Началась моя женская школа. Я училась носить платья, молчать, двигаться медленно, не подскакивать как жареная каждый раз, когда кто-то в чем-то нуждался, заботе о себе, своем теле и своем женском пространстве. Перво-наперво, после возвращения с Фиолента, был сделан ремонт в комнате, чтобы ни что не напоминало, и чтобы я чувствовала это пространство полностью своим.

Я обнаружила, что всю жизнь ходила на цыпочках и по стеночке. Не смотря на свой суровый кавалерийский нрав. Я никогда не жила одна, у меня никогда не было своего собственного пространства, в которое никто не мог войти без стука.

Благодаря практикам, из меня пошла энергия, требующая творческой реализации. И я решилась. Я отправила свое портфолио на сценарный курс. Я никогда не умела писать художественный текст, и хотела научиться.

В то же самое время путешествия моего сознания вне тела стали долгими и неконтролируемыми, и в основном это происходило в бодрствующем состоянии, то есть, периодически я просто теряла связь с текущей физической реальностью. Мои близкие очень помогали мне в этот период времени, просто страхуя меня и заботясь обо мне.

Мне нужно было научиться управлять атомным потоком энергии, который во мне открылся и своими вылетами из тела. Причем, по ночам я тоже где-то путешествовала, потому что в периоды такой активности очень много людей писали мне, что я прихожу к ним в сны, что-то рассказываю, утешаю, обнимаю, поддерживаю. От их писем я покрывалась мурашками. Все время переживала, может я там хожу с базукой и всех отстреливаю, но ни разу ничего подобного мне не рассказали.

В таком состоянии в июле один из моих друзей повез меня в Каталонию. И там во мне разыгралась совсем другая сила.
Первая стадия кризиса (отрицание) характеризуется не только тем, что "в это невозможно поверить", но и гневом с поиском виноватых. Причем, этот гнев, даже будучи абсолютно иррациональным, играет важную роль в работе горя: он помогает человеку сохранять силы жить дальше и переходить на следующую стадию (отчаяние).

Сижу я, значит, в Ллорет-де-Маре на балкончике своего номера, и размышляю о том, что я, вся в слезах и соплях, почему-то не злюсь. А должна по всем правилам злиться. Сижу и "втыкаю", как обычно в размышлениях, в пространство. А в пространстве - ресторан отеля, двухэтажный, где сквозь перекрытие растет большая-большая сосна. Это был тот момент, когда завтрак уже закончился, а до обеда еще было время, и в ресторане никого не было. Мягким движением от сосны отделяется ветка размером с новогоднюю елку и падает вниз на столы. "Однако, - подумала я, - или у меня мания величия, или моя злость тут гуляет вне тела".

На следующий день у бассейна история повторяется. Я загляделась на большой пляжный зонт, который не приминул рухнуть в бассейн.

Приехав в Москву, я помчалась к своему терапевту (вообще всё это время я ходила на терапию регулярно).
- Во-первых, я не злюсь. Во-вторых, телекинез. В-третьих, я улетаю из тела. Я сошла с ума?
- Нет. Как многие травматики в детстве ты научилась в страшных ситуациях держаться "за воздух", то есть, твоя энергия вылетает из тела, цепляется за информационное поле и благодаря этому ты выживаешь. И твоя злость гуляет сама по себе. Нужно научиться заземляться, присваивать энергию, заполнять ею тело.

И тут пришел гнев на мужа. Конечно, было за что. Но не в таком размере. Мне кажется, что я вылила на него всё, что накопилось у меня за всю жизнь, причем накопилось не только на него. Спасибо, что выдержал, выстоял и не ответил мне тем же. Для меня это был важнейший период формирования границ, разлепления, сепарации друг от друга. Обычно, такой гнев приходится выдерживать терапевту, если работа идет в классическом психоаналитическом подходе или в гештальт-подходе. Через полтора года такой же приступ повторился, и это завершило отношения, дав возможность полностью их переформатировать в рабочие и дружеские.

Однако, так сила, с которой все это рвануло из меня, не то чтобы напугала меня, но сильно насторожила. Мне нужно было во что бы то ни стало научиться ею управлять. А то ведь так вокруг меня может остаться выжженная пустыня.

К октябрю я уже была более вменяемой, телесная терапия давал свои плоды, и из Академии пришел ответ - я прошла по конкурсу и могу учиться у прекраснейшего из мастеров по сценарному мастерству, Юрия Короткова. Это такой Гендальф от кино. Мудрый, добрый и веселый. Настало время обретения нового творческого русла для реализации моей атомной энергии.

За несколько лет до этого мой гомеопат сказала мне, что причина всех моих болезней в том, что я творчески не реализована - вся моя энергия подавляется и, говоря гештальтистским языком, ретрофлексируется, то есть направляется на саморазрушение.
- Это я-то творчески не реализована? Да я 20 книжек написала! Да я 20 лет танцами занималась, вокалом! Да я два учебных фильма сделала!
- Да, я в курсе, у меня есть ваша книжка.
- Вы хотите сказать, что я монстр?
- Да, - мягко улыбнулась Елена Геннадьевна.

При всем при этом я совершенно не могла заниматься работой. Я почти не управляла своим состоянием, проваливаясь то в одно, то в другое.
- А как же бизнес?
- Какой бизнес?
- Ну, этот... остров...
- А.. остров... детка, это не твой бизнес, это - мой бизнес, - рассмеялась Галадриэль.

В сентябре мы провели еще один пситур на Фиоленте, небольшой женской группой. Бархатный сезон в Крыму прекрасен мягким солнцем и тишиной. Если вы хотите исцеляться, Дом Сновидений - это санаторий для волшебников и эльфов.
Я пела "Ветер перемен", стоя на самом краю Фиолента, я думала о новом будущем, неизвестном мне и более непредсказуемом.
В этот свой приезд я рассказала Саше об острове и обо всем, что привело меня к нему, нашла в его сердце отклик моим мечтам и снам, и глубоко почувствовала, что обрела еще одного настоящего друга.

Настал октябрь, началось мое обучение в Академии на кинофакультете. Я люблю учиться. Мне нравилось почти все, все дисциплины были мне понятны и знакомы, вспоминалась моя учеба в университете на балетмейстерском: уроки режиссуры и актерского мастерства, анализ музыки, сценография, все было очень знакомо. Новыми были только работа с камерой и монтаж.

Занятия невероятно возбуждали меня, я начала молодеть и здороветь на глазах от закипевшей во мне творческой энергии. И на Хеллоуин я дала ей выплеснуться, сделав от сценарного факультета небольшой номер на студенческой вечеринке - танцевальный мастер-класс по разучиванию танца Майкла Джексона из клипа "Зомби".

Таких старых, как я, студентов в академии было очень мало, и после этого выступления молодежь подбегала ко мне спрашивать, в каком триместре я буду у них преподавать танец. Я гордо отвечала, что я просто студентка-сценаристка. Это было забавно: в самом начале моей тренерской карьеры, когда я преподавала ритмику в педколледже, меня принимали за студентку-первокурсницу.

Однако, само сценарное мастерство мне никак не давалось. Получалась пока сплошная, не очень интересная литература, а никак не кино. Драматургия, эта математика от кино, оказалась для меня самым сложным предметом, и, чую, постигать мне ее всю оставшуюся жизнь. За первый триместр вместо короткометражки я сдала синопсис полного метра, ибо краткости, сестры таланта, у меня тогда не было совсем.

И все бы это волновало меня еще очень серьезно, если бы я не обнаружила вдруг, что со мной произошло нечто, чего я в своей жизни уже не ждала: я влюбилась.

Благородный дон, на чью, убелённую сединами голову, пал водопад моего восхищения, ни сном ни духом не подозревал о бушующих во мне атомных страстях, и мои томные взгляды воспринимал как естественное женское кокетство. Он не знал, что кокетничать я не умею в принципе.

Но, когда вы влюблены, гормоны рисуют в вашей голове картины непременной взаимности, интерпретируя обычные мелочи как признаки ответного чувства. С разгорающимся сердцем и вновь съезжающей крышей, которая, казалось, только-только начала укреплять свои позиции, я отправилас встречать новый год в Доминиану с одним из моих верных друзей.

Карибский пейзаж, Сант-Доминго, первый город в Западном полушарии, первая улица, Женская и Город Художников произвели на меня неизгладимое впечатление.
Стоя на берегу Атлантики я увидела, как творческая сила взорвалась во мне и во все стороны вокруг меня хлынула и убежала на многие тысячи километров волна золотого света.

- Что это, Галадриэль?
- Это Любовь, детка.

Вернувшись в Москву два долгих месяца я мучилась страстью бессмысленной, беспощадной и очевидно безответной, пока не почувствовала, что нужно поставить точку. И я призналась в своих чувствах.
Как и следовало ожидать, я получила вежливый и уважительный отказ.

- Но почему? Почему в моей жизни нет взаимности?
- Ну, детка, во-первых, она есть везде и во всем, присмотрись. Может быть, не в том, в чем ты ждешь. Ты думаешь, он не был тобой восхищен?
- Ммм.. Был.. Я же чувствовала! Но я хочу большего!
- Зачем тебе?)
- Я рассказываю людям о любви, но у меня самой никогда не было взаимности... Получается, я вру!
Гендальф усмехнулся в усы.
И ничего не сказал.

Не получив возможности для реализации, моя творческая энергия стала разрывать меня на части, и я не знала, что с ней делать. Учеба ушла далеко на второй план, и я махнула на нее рукой. Но не тут-то было.

В один из дней я пила на кухне кофе, и вдруг в одно мгновение перед моими глазами пронесся полнометражный фильм. О том как две души из разных уголков земли через жизненные тернии идут друг другу навстречу, общаясь в снах.
В тот самый момент, когда я закончила смотреть романтическую мелодраму про долгожданную встречу душ, ко мне пришла клиентка.
- Стой! Подожди пять минут! Мне надо записать!

Я записала идею фильма в один абзац и отправила моему учителю по драматургии Елене Левиной с вопросом, получится ли из этого кино.
- Пожалуй, получится авторское кино. Мелодрама. А ну-ка напиши-ка все диалоги, о чем они там разговаривают, твои души. И вот, что погоди: если они во сне встречаются где-то, то что в это время с телами? Они лежат бездушные?)

И я принялась строчить! Понеслась! Такого заряда безостановочной творческой работы у меня не было никогда! Мое сознание выскочило из тела и унеслось в космос, раскололось там на несколько архитипических персонажей (у меня там 4 основных героя), и я записывала, о чем они говорят.
Мастер Коротков предупреждал нас, чтобы за диалоги мы брались в последнюю очередь, и не расстраивались, если не получится - всегда можно нанять для своего фильма узкого специалиста в сценарном мастерстве - диалогиста. Но я уже давно забыла об этой рекомендации.

Написав все диалоги, я снова отправила их Елене.
- Так-так-так... Радиопостановка какая-то. Ну-ка напиши, что они там между разговорами делают.

И снова понеслась. Интерьеры, музыка, я видела, как они двигаются, какие у них жесты и привычки.. Я же балетмейстер. У меня без музыки и хореографии просто не может быть.

Наконец, я пришла на сценарную мастерскую получить вердикт мастера.
- Все читали Рубштейн? - спросил мастер.
- Ммм.. - сказал группа. Мы были должны читать работы друг друга, чтобы быть в курсе обсуждаемого, но все, в том числе и я, гораздо больше были заняты своими собственными опусами.
- Какие диалоги! - сказал мастер.
- Эээ.. какие? - спросила я.
- Живые, живые герои! Не картонные!
"Эк меня раскололо", - подумала я, - "прям по-настоящему".

Вылет из тела, если вы делаете это во сне (осознанные сны) - очень интересная и полезная штука. Но если это происходит с вами в состоянии бодрствования, вы выходите из контакта с собственным телом, и перестаете чувствовать его и его нужды. Это называется "диссоциация". Пока ваше сознание бродит по другим мирам, тело высыхает (обезвоживается), обездвиживается, вам просто не до него. Три недели, пока я записывала фильм, я умирала, выбрасывая в окружающий меня земной мир рыдания и страдания. И если спросить меня, хотела ли бы я еще раз пережить этот опыт - ни за что.

Наконец, основная работа была написана, теперь нужна была работа техническая - шлифовать драматургию, детали. Я наделила главную героиню талантом художницы, который был утрачен в связи с ее травмами, но восстановился, благодаря этой любви, благодаря встрече со своей второй половинкой.

Я вернулась в тело и занялась его восстановлением. Первым делом, конечно, массажи, питание и салон красоты. В парикмахерскую я пришла раньше минут на 15, и, чтобы не ждать просто так, зашла в соседний художественный салон.

- И что ты здесь хочешь?- лукаво спросила Галадриэль.
- Нет, ну если главная героиня у меня художница, я должна как-то вжиться в предмет. Ну... И я всегда мечтала попробовать мазюкать маслом на холсте... Это так романтично!
- Дерзай, детка!

Дрожа от нетерпения, я купила этюдник, кисти, краски, растворитель, палитру, грунтованные холсты на картоне. За год до этого, когда я осознавала себя как женщину, я ходила позировать знакомому художнику, Славе Короленкову, автору фильмов серии "Беседы ни о чем с Андреем Лапиным", и подсмотрела, как они все это делают, чем пользуются.

Моя первая попытка была очень робкой, я просто пробовала, исследуя свои ощущения: как это - маслом по холсту. И как же мне понравилось! Я стала рисовать сразу по несколько картин в день. Это не я рисовала. Я чувствовала себя инструментом в руках неведомой силы, которая управляла моими руками. Это было такое же счастье, как петь и танцевать.

Долго ли коротко ли, за три месяца мой сценарий был закончен и наступила защита дипломов. Мое кино было признано единственной работой без замечаний.

В фильме моя героиня нарисовала четыре картины, образующие второй, мифологический сюжет. Одну из них я нарисовала, а за остальные браться мне было стремно.
- Я такого не нарисую, - говорила я любимым однокурсникам, - можно же просто сделать постановочную фотосьемку, обработать в фотошопе, типа, картины...
- Ну, Нина. Это твой авторский фильм. Ты должна их нарисовать сама, - сказала Аня Духонина.
С Аней не поспоришь. Она проникновенная.

Я купила книжку "Обнаженная натура". Для художников. Открыла, полистала, поняла, что нееее, я не смогу. И закрыла. И больше я ее никогда не открывала.

Наступила весна, и мы снова поехали на Фиолент, делать клиентский тур "Пробуждение женской энергии". Я совсем ожила и, наконец, начала всерьез осмысливать происходящее со мной. Здесь, в этом сериале, я не рассказываю многих подробностей, которые создавали многомерную мистическую картину моей трансформации со множеством знаков и совпадений.

Суть этой трансформации заключается в том, что в какой-то момент вы дозреваете до нового уровня бытия в мире, когда все социальные программы, которые должны были вас обучать, закончились и настало время проститься с ними. Они выполнили свою работу: вы больше не нуждаетесь в правилах и нормах, поскольку ваше сердце сформировало истинные ценности Жизни и пришло время открыть его для Пути Сердца.

В этой трансформации происходит обьединение земного и духовного, мужского и женского, добра и зла внутри человека, образуя мистический крест: вертикальный канал для движения духа внутри тела, и канал, проходящий через сердечный центр. Отныне луч света, исходящий из вашего сердца, освещает вам дорогу впереди, не позволяя сбиться с Пути Сердца, а небеса загружают в вас сверху гуглобайты информации, которые разорвали бы ваш мозг на кусочки, если бы вы не сформировали к этому моменту крепкое наблюдающее Я и не заземлили бы тело.

Я верю в то, что мы квантовые существа и принадлежим квантовому миру. И каждый из нас носит фантастический потенциал возможностей и способностей, который может быть вскрыт, благодаря духовному росту.
Для меня Любовь, Благодарность и Принятие - это не просто переживания, это информационные частоты, на которых индивидуальное сознание присоединяется к коллективному сознанию всей Вселенной.
Вы не можете освоить эти частоты, не разрушив желания контролировать этот мир и тех, кого вы любите. Поэтому эта трансформация такая болезненная.
Я не первая, кто описывает этот процесс. Вы можете найти похожие описания в любом духовном направлении, а так же у Карла Густава Юнга.
Я не считаю это мистикой или религией. Я считаю это новым естественным уровнем эволюции живого существа.

По окончании обучения мы с однокурсниками создали свое закрытое профессиональное коммьюнити, целью которого было продолжение совместной работы над нашими кинопроектами - Творческое Обьединение "Факультет" http://kinofacultet.com

После этого, в размышлениях о процессе второго рождения я уехала в отпуск в Грецию. И там со мной случилось мистическое приключение, одно из многих, но особенно яркое для меня.
Мы с другом взяли несколько экскурсий по острову Родос, где мы остановились в одном из старейших городов Греции Линдосе, которому более 5000 лет.

Учительница русского языка Федра возила нас на машине по острову, рассказывая историю, мифы и легенды родной земли.
Первым делом мы посетили храм Афины прямо над Линдосом. И узнали, что Афины были разные, в частности эта Афина была невоенной. Находясь на развалинах, я поймала какое-то необычное ощущение, которое ловишь в местах силы: я будто погрузилась в глубь веков и стала наполняться энергией этой земли. Невоинственная Афина. Амазонка - неамазонка..

Федра рассказала нам о правителе этого города художников и рыбаков, которого избирали 40 лет подряд за мудрость, о его единственной дочери, для которой он открыл первую женскую школу. Все это так тронуло меня, не знаю почему, что слезы потекли. От печали об утраченном, восхищения и любви.

В другой день мы отправились в город Родос. Наша встреча была назначена у памятника Святому Франциску. Я узнала о Франциске из моей настольной книги "Две Жизни" Конкордии Антаровой, и в моем воображении это был высокий стройный мужчина в монашеском облачении с капюшоном. Когда мы вышли из автобуса и я увидела его, я остолбенела. Он выглядел именно так, как я его представляла.

Федра переводила нам слова, написанные на памятнике: "Господи, сделай меня руками твоей любви.." Я смотрела на него и плакала, ведя с ним мысленный разговор.
- Почему так больно, Франциск?
- Работа такая. Я с тобой.

Затем мы пошли в кафе выпить чашечку кофе, и ближайшее кафе оказалось писательским: там сидели писатели за своими ноутбуками. А потом мы проехали еще немножко и оказались у Храма Аполлона, и Федра рассказала нам, что сюда приходят заряжаться творческой энергией творцы всех направлений. Потом мы спустились на древний стадион и узнали, что женщинам был запрещен вход на соревнования.

Что-то неуловимое формировалось в моей душе, как-будто я совершала паломничество по очень определенному маршруту, смысл которого не могла понять.

Второе наше путешествие было на юг острова. Мы отправились в то место, где сливались два моря. Я вошла в воды Средиземного и вышла из Эгейского.
Потом мы пили кофе и Федра рассказывала нам разные интересные вещи:

- Мы желаем друг другу не спиртными напитками, а водой (имеется ввиду тост), потому что вода проводит информацию. И если люди ссорятся, а потом пьют воду, которая была в это время рядом, они могут отравиться.

- Грек - это турецкое слово. Оно переводится как "раб". Мы называем себя эллинами. Но в мире уже принято это турецкое название, и мы просто примирились с этим.

- Мы верим в то, что была другая цивилизация, атлантическая, с высокими технологиями, но потом произошли природные катастрофы и люди снова одичали. Все началось сначала.

Дальше мы отправились вглубь острова, на родину Федры, к замку Монолитос, стоящему на монолитной скале на высоте 300 метров над уровнем моря. В крепости находится крошечный храм Святого Пантелеймона. Я зашла внутрь и помолчала о глубоком, снова пытаясь осознать смысл этого паломничества.

Мы проголодались и стали искать, где перекусить, но все кафе были закрыты, был выходной день. По дороге нас останавливали знакомые Федры и дарили нам оливки, виноград и вино, это было неожиданно и очень трогательно. Федра сказала:
- Поедем к моему ученику, я думаю, у него открыто.
И через несколько минут мы остановились у небольшой лавочки, где нам устроили спонтанную дегустацию греческих домашних вин с закуской из домашнего хлеба, козьего домашнего сыра, своих оливок. Ученика звали Пантелеймон.

И, как говорил мастер Коротков, рассказывая очередную киноисторию, "и тут он понял". Древние традции художников и мыслителей... Стать руками любви... Творческий заряд... Символическое крещение в двух морях.. Атлантическая цивилизация... Молитва и причастие у Пантелеймона.
Меня замурашило.

После экскурсий осталось несколько дней, и я заскучала по деятельности. Я написала сообщение ребятам из "Факультета", с вопросом, какие есть идеи про кино.

- Идей-то много, можно любую снимать, - написал режиссер Дима Долженко.
- Ну, например?
- Ну, представь себе недалекое будущее, идет экзамен...
Димина идея захватила меня и через два часа я прислала ему первую версию сценария короткометражки.

И это опять случилось. Понеслась!
Два месяца на подготовку и неделя на сьемку фильма. Все складывалось так, как будто кто-то наверху, на небесах, очень хотел, чтобы мы сняли этот фильм. Локации (места для сьемок) и реквизит материализовывались из наших фантазий, актеры на кастинг принесли те самые образы, которые мы искали. Мы собрали деньги на оплату сьемок на краундфандинговой платформе Бумстартер и оказались в первых рядах среди успешных проектов.

К последнему сьемочному дню я была уже полуживая, поскольку мы с Димой заменяли собой каждый человек по пять в работе над фильмом. 8 месяцев ушло на постпродакшн (монтаж, графику и озвучку), потому что в юношеской горячке мы допустили ошибки на сьемках, которые пришлось долго исправлять.
Фильм получился немного наивным и ученическим, но я все равно горжусь нашей работой.

И после окончания сьемок я отправилась с другом в Италию, в Рим, приходить в чувство.

В Риме я получила два больших впечатления: экскурсия по местам Феллини и огромные развалины Древней Империи. Наш гид рассказывала нам так много историй о том, где, когда и сколько было перебито человек, причем, часто воевали члены императорских семей между собой, что к концу я чувствовала себя подавленной этим. Рим казался мне огромным кладбищем борьбы "за веру" между людьми одной крови, и отовсюду меня мрачно впечатляли величественные руины. С мыслями о смерти, войне и о смысле я вернулась в Москву.

Приближалась важнейшая дата с точки зрения всех мистиков - мое сорокалетие. Все, что вы успели сделать до этого дня, вы возьмете с собой навсегда. И что не успели. В моем доме и душе шла ревизия во весь опор, я старалась успеть расчистить все, что осталось расчистить.

На май следующего 2014 года мы назначили следующий женский пситур, и я вела переговоры с Сашей по скайпу об этой группе. Я понемногу начала входить в рабочий ритм, и размышляла о том, как мне работать дальше.

Я больше не видела себя психотерапевтом. Та трансформация, что произошла со мной, разобрала меня на молекулы, и я увидела совсем другое устройство мира, где тот уровень работы с психикой, на котором я работала раньше, был теперь не доступен для меня. Зарабатывать в кино мне возможным не представлялось, потому что до этого уровня мне еще расти и расти.

В одной из бесед Саша предложил мне вести вебинары. В тот момент я не рассмотрела всерьез эту возможность. Мне было очень странно разговаривать с монитором. Поэтому я отшутилась. Но его забота тронула меня. А потом он мне приснился.

Перед днем рождения я закончила вторую картину своего фильма про встречу душ - "Белый павлин" - символ перерождения души.

Свой первый день рождения второй половины жизни я встретила в практике нового рождения. Я благодарила Господа за все, что у меня есть, включая маленькую собачку.
Целый месяц со дня этой практики моя энергия ходила ходуном от эйфорической радости до мрачнейшей тоски. Вроде бы все шло как нужно, но как будто примешивалось что-то еще. Эта странная тяжелая тоска. Как будто тучи сгустились.

1 февраля 2014 я писала очередной текст в моем ЖЖ, начала как обычно и в какой-то момент меня затрясло и пошло что-то, что писала не я: "Человечеству предстоит сдать экзамен на все те ценности, что были усвоены".
Я не обратила особого внимания на это. Со мной случались такие вещи. Я вспомнила об этом тексте двумя месяцами позже, когда началась война на Украине, и сердце мое сжалось от страха за людей, от ужаса за то, что происходило между нами, между моими народами. Каждый день я выходила в сеть, чтобы снова и снова призывать людей слышать друг друга, напоминать психологам, что они прежде всего люди, которые в кризисные времена должны быть переводчиками между людьми, а не обливать друг друга грязью. Это было очень страшно. И очень печально. И моя деятельность казалось мне абсолютно бессмысленной.

Сама собой началась картина "Амазонка". Пришедшая с войны. Третья картина из моего фильма. Обычно, я рисую просто кистью. И чем шире кисть, тем мне вкусней. Я просто мажу полотно как маляр. Здесь же мне пришлось взять карандаш. Несколько недель я рисовала и перерисовывала, пока, наконец, я закончила. Более 4 лет я носила этот сюжет в голове, и наконец он воплотился.

Конечно, наш женский тур отменился. И моя душа болела за любимый Крым и за Сашу. Когда стало понятно, что группа не приедет, он написал мне "Приезжай одна. У нас тихо. Я тебя жду".
И я приехала. Потому что или сейчас, когда самый трудный момент, или никогда.
- Ты мне снилась.
- Когда?
- Много лет.

Спустя два месяца была нарисована за 3 часа последняя картина моего фильма "Ангелы". Я бы не смогла нарисовать ее раньше никак, потому что я не знала тогда того чувства, что на этой картине. Оно ошеломило меня своей глубиной, мощностью, ясностью и чистотой. Это невозможно было перепутать ни с чем. Я махала кистью в трансе, и одновременно говорила моим вселенским покровителям:
- Вы это видите? И кто-то хотел мне сказать, что рисовать нужно учиться? Да это не я рисую! Так что же мне делать, Галадриэль?
- У тебя есть творческий дар, ты убедилась, что можешь делать с ним всё, что захочешь.
- А остров?
- А что бы ты назвала сейчас в своей жизни островом?
- Да у меня их целых два! Мой творческий островок прекрасных людей в интернете, для которых я пишу и работаю. И... блокадный остров Крым. То есть.. это был всего лишь маяк, чтобы я сдвинулась с места?
- Ты просила направить тебя.

Наш с Димой фильм "Мы забыли" https://youtu.be/ixFqkm-w9LY
Картины можно посмотреть здесь http://rubstein.com/gallery/paintings.html
Отчеты о путешествиях с фотографиями - здесь, в ЖЖ, по тегам Моя Каталония, Доминикана, Родос, Рим

Tags: Мои книжки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments