Nina Rubshtein (rubstein) wrote,
Nina Rubshtein
rubstein

Categories:

хорошие мамы

Алиса aplekaeva написала текст, я его копирую сюда:

Хотите быть хорошей мамой? Перестаньте пытаться ей быть :)
Спокойно, сейчас объясню.

Аргументы против того, чтобы быть хорошей мамой:

1. От этого страдает ребенок.
Почему же страдает, спросите вы. У него ведь хорошая мама, и всё такое.
Так вот именно поэтому и страдает: его маме некогда заниматься им, она увлечена воссозданием образа собственной хорошести, идеальности, правильности (подчеркните своё).
Ребенок хочет мороженое – ему нельзя (хорошая мама знает правила). Хочет шоколадку вместо морковки – ему нельзя (хорошая мама знает, что полезно). Хочет потрогать руками снег – нельзя (хорошая мама знает, что вредно). Хочет пойти поиграть – нельзя (хорошая мама знает, что сначала нужно доесть суп). Хочет дружить с Петей – тоже нельзя (хорошая мама запрещает играть с плохими мальчиками). Ну и так далее.
Казалось бы, ничего плохого в этом нет (конечно, только хорошее :) ) – это ведь элементарная забота о своем ребенке. Но я говорю о тех случаях, и о тех мамах, которым важнее всего на свете быть хорошей мамой. Их легко узнать. Они живут ради своих детей. Они знают, как надо, а как нельзя. Они – героини и жертвы, старающиеся на благо… чего? Конечно, своей хороше-мамости.
А реальный ребенок в это время просто хочет потрогать руками снег.

2. Этого никто не оценит.
Итак, она живет ради своих детей. «Моя жизнь – это мои дети». «Женщина должна жить только ради детей». «Мой смысл жизни в моих детях». «Я живу, чтобы мой ребенок был счастлив», ну и так далее. Слышали когда-нибудь подобные фразы? Если да, то значит вам знакомы и другие, которые говорятся из этих же уст: «Я для тебя всё, а ты – скотина неблагодарная!», «Я на тебя жизнь положила!», «Да я на семи работах работала, чтобы ты в университете учился!», и много других вариантов.
Короче, у меня плохая новость. Дети не ценят, если вы делаете их смыслом своей жизни. Вы никогда не дождетесь благодарности. Скорее даже, наоборот. Дети этого сильно не любят. Ну, согласитесь, очень неприятно всю жизнь чувствовать себя виновным, благодарным и должным.
У Ялома в книге «Мамочка и смысл жизни» есть потрясающая зарисовка. Ялом пишет книги и привозит их своей маме. Его мама не умеет читать. Он предлагал ей почитать вслух, но она отказалась. Ей важно просто наличие книг. Она просто хранит эти книги у себя и с гордостью показывает их всем знакомым. Ялом понимает, что в конечном итоге всё, что он делает, он делает для того, чтобы мама могла им гордиться. Написание книг для мамы – смысл его жизни. Смысл жизни мамы – эти же книги: как результат ее многолетних трудов работы хорошей мамой (вырастила хорошего сына). Бесконечный абсурд есть только в том, что она никогда их не прочитает. Она никогда не услышит его, а он никогда ей не скажет. Она никогда не встретится со своим сыном в реальности. Он не встретится в реальности со своей мамой. Они просто годами пляшут вокруг результата. Это и есть то, что делают мамы, назначая смыслом жизни своих детей. Они ограничивают себя, ограничивают детей, и превращают общую жизнь в работу над общим результатом. Абсурдно и грустно вроде бы, нет?
В общем, дети не хотят быть смыслом вашей жизни. Им это, как бы сказать, в тягость. Им свободнее бы дышалось, если бы у вас был свой смысл, а у них – свой. Детям не нужна жертвующая, хорошая мама. Они не оценят ваших жертв.
Более того, если у вас мальчик, он вообще женится на другой :) И эта стерва даже не будет его правильно кормить, ага.

3. Появляется сложность в выражении чувств.
Причем, как у вас, так и у ребенка. О ребенке чуть позже, сначала – о маме. И лучше всего на примере.
Была у меня одна беременная клиентка, которая сильно хотела мальчика. Так сильно хотела, что уже так и жила – как будто бы там у нее мальчик. А на УЗИ, как на зло, все время не было видно: ребенок то отвернется, то ляжет не так. Короче, уже на довольно приличном сроке она узнала, что внутри нее девочка. В тот день она пришла ко мне, что называется, печальнее некуда.
С траурным лицом она прошла в комнату и села на диван. Сказала, что у нее много чувств в связи с этим: и расстроилась она, и все такое, но было что-то еще, что-то очень важное, о чем она молчала. Что ты теперь чувствуешь к ребенку? – спросила я. Она долго не решалась отвечать на этот вопрос, ходила вокруг да около, набрела на стыд (стыдно говорить о таком), уговаривала себя, что это всё ерунда и надо забыть об этом.
В процессе самоуговаривания она произнесла фразу: «в конце концов, девочка – это такой же ребенок, как и мальчик», и выжидающе посмотрела на меня. И, если чисто рационально, то она, конечно, была права. Но это только если чисто рационально. И я ответила ей: «нет, это неправда. мальчик для тебя - более желанный, чем девочка. и в этом они уже не одинаковые».
Тогда клиентка (почти шепотом) произнесла, что она действительно чувствует большую обиду на ребенка за то, что он – девочка. Это и было то самое, о чем вначале ей было стыдно сказать. Хорошие мамы так не говорят. Хорошие мамы любят и мальчиков, и девочек одинаково.
Самое интересное, что когда мы стали выяснять, чего же она так сильно боялась, что было так трудно произнести вслух слова об обиде и злости, оказалось, что боялась она вовсе не за ребенка, а за себя. Ей стало страшно, что ребенок услышит, что она говорит, и будет меньше любить ее. Это ли не прямое доказательство того, что, стараясь быть хорошей мамой, мы заботимся о себе, а не о своих детях?
Ну, и, конечно, главное. Когда данная клиентка смогла признать свои негативные чувства к своему ребенку, разрешила им быть, говорить о них – они исчезли (см. теорию парадоксальных изменений Бейссера). Произнося речь своему еще не родившемуся ребенку (девочке), она начала со стыда (стыдно говорить об этом), перешла на обиду и злость (злюсь на тебя за то, что ты – девочка), а закончилось дело грустью (грустно, что все сложилось не так, как хотела) и, конечно, любовью (я люблю тебя, мой ребенок).
Уходя, она сказала, что если бы она не позволила себе злиться на своего ребенка, она не смогла бы почувствовать любовь к нему. Это ответ на вопрос для тех, кому интересно, зачем вообще признавать негативные чувства. Ну, так уж мы устроены, что если че-то там замораживаем, то замораживается всё. Разом.
Итак, если вы – хорошая мама, вы не имеете право злиться, обижаться, ненавидеть своего ребенка. Но тогда у вас возникнет сложность с тем, чтобы чувствовать любовь к нему. Не говоря уже о том, что невыраженные злость и обида приводят к различным психосоматическим заболеваниям и неслабо так портят дальнейшие отношения.

Теперь о пострадавших детях. В данном смысле, пострадавшими я считаю тех, кто не может допустить плохости своей мамы (моя мама не может быть плохой) или признать своих отрицательных чувств к ней. Справедливым, думаю, будет сказать, что это беда большинства из нас – по крайней мере, я встречаю такое довольно часто. А если подробнее, в своей практике я успела встретиться с несколькими способами того, как люди обходятся с этим. Расскажу вам о них.

Способ первый. «Мама, плохая не ты, а я».
Ну, понятно. Если я чувствую к тебе, дорогая мама, что-то плохое (обиду, гнев, раздражение и так далее), то я, мама, полный мудак, а ты – что-то типа священного животного, ты плохой быть не можешь (ты ведь мама). А если я тебе и скажу что-то плохое, то ты вообще разрушишься/заболеешь/умрешь, ах какая же я скотина, ты ведь моя мама, и далее по тексту.
К сожалению, мамы часто сами не прочь воспользоваться такой схемой. Картинно хватаются за сердце, слегают с головными болями. Фраза «как ты с матерью разговариваешь» - оттуда же.
Ребенок вырастает с чувством вины и гнетущим ощущением собственного мудачества.
Теперь вспоминаем, что противоположности всегда существуют вместе, и там, где есть одна полярность, стопудово есть и другая. Т.е. этот человек, мучающийся чувством вины и ощущением собственной безнадежной плохости, в раз может вдруг начать от нее переться. Как в анекдоте, знаете: я один, совсем один. Здесь тоже самое: я плохой, какой я плохой, я плохой, оо, я плохой, ммм, какой я плохой, и т.д. Потом снова чувство вины, ну и по кругу.
Главное: он - всегда плохой, она – всегда хорошая.

Способ второй. «Мама, плохая не ты, а все остальные».
Тоже пример из практики.
Клиентка рассказывает, что всякий раз, когда она вступает в новые отношения, она заранее чувствует обиду. Так, как будто бы ей уже сделали что-то обидное. Что именно? – спрашиваю я. Ну, она ждет, что она будет ненужной, и что над ней будут смеяться, и что ее будут обесценивать. Так, как это делала моя мама, говорит она. И рассказывает такую историю.
Когда она была маленькой, она чувствовала себя ненужной своей маме. Однажды она подошла и с обидой спросила: мама, зачем ты меня родила, ведь я не нужна тебе! Хорошие дети так не говорят, ответила мама (я забыла уточнить: у хороших матерей, понятное дело, бывают только хорошие дети). И она, моя клиентка, больше не говорила. Конечно, она не перестала чувствовать себя ненужной. И даже наоборот – еще больше почувствовала себя таковой. Но из этого разговора она усвоила, что нельзя говорить маме о своей обиде. Это нехорошо и неправильно. Ах, да, еще мама над ней посмеялась.
Что ты чувствуешь к своей маме, когда рассказываешь это? – спросила я ее. Я люблю ее, ответила она, она у меня очень хорошая. Что бы ты хотела сказать ей? – спросила я. Мамочка, - произнесла она, - я очень хочу быть нужной тебе. И заплакала.
Она не чувствует обиды на маму. Но всякий раз, когда она вступает в новые отношения, она заранее чувствует обиду. Так, как будто бы она будет ненужной, и как будто бы над ней будут смеяться.

Способ третий. «Мама, ты вовсе не плохая. Я так верю в то, что ты хорошая, что стану такой, как ты».
Это очень интересный пример, я набрела на него совершенно недавно (на прошлой неделе), и он мне очень понравился (своей замысловатостью, я люблю замысловатые штуки). В общем, клиентка жаловалась на лишний вес. В работе мы набредаем на то, что она не принимает себя такой (полной). Я сперва не придаю этому большое значение (ну, не любит она себя, такое часто встречается). Но тут она выдает фразу «у меня ощущение, что этот жир не мой вообще». А чей? – спрашиваю я. Мамин, отвечает она. Ей кажется, что он словно достался ей от мамы, и это вызывает у нее отвращение. Она ненавидит мамину полноту. Причем, ей, очень стыдно говорить такие вещи про маму (у нее хорошая мама, и к ней нельзя испытывать отвращение).
В какой-то момент клиентку осеняет. Какой ужас, говорит она, я специально толстею, чтобы быть похожей на мою маму. Я ненавижу ее полноту, но не могу признать этого. Я специально толстею, чтобы себе самой и маме доказать, что никакого отвращения нет, что я хочу быть похожей на нее, какой ужас!
 

Вот такие истории. Это всё, что на данный момент мне удалось насобирать про хороших мам и их пострадавших детей. Случаи из моей практики, которые я описала, на мой взгляд, наиболее ярко описывают перечисленные способы. Я думаю, что существуют и другие способы обойтись с невозможностью принять плохие чувства к хорошей маме, но я пока их не встретила.
Пишите свои истории и другие примеры. Я обожаю эту тему и с радостью пополню свои знания в ней.
 

P.s.: способ выстраивать отношения с мамой в дальнейшем переносится на отношения с другими людьми. это хорошо видно во втором примере.

Р.р.s.: я не знаю почему так сложно выражать мамам свои негативные чувства. лучше всех на этот вопрос мне пока что ответила та самая вторая клиентка. она сказала «мама отличается от других людей тем, что она больше всех нужна мне». от себя бы я добавила, что мама отличается от других людей тем, что она дала мне жизнь. и, наверно, где-то в подсознании, я и в правду должна относиться к ней как к божеству. а если психотически пофантазировать, то вообще-то тот, кто настолько всесилен, чтобы дать мне жизнь, может ее и отнять. страшно?


UPD: забыла еще сказать. взамен того, чтобы быть хорошей мамой, я предлагаю просто быть. 
Tags: Дети
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments