Nina Rubshtein (rubstein) wrote,
Nina Rubshtein
rubstein

Category:

"чтоб посильнее"-эффект

Оригинал взят у danilling в "чтоб посильнее"-эффект


Психологические изменения бывают настолько желанными, что мы готовы не просто обратиться за помощью, а подвергнуться каком-то сильному воздействию - чтоб жахнуло, шарануло, всё захрустело, чтоб рыдание, инсайты на грани умопомрачения и мальчики кровавые в глазах. И чтобы сразу после психотерапии, тренинга или книги стать новым, исправленным человеком, с иголочки. 

Ожидание "сильных воздействий" часто обесценивает другие способы что-то изменить, менее жесткие и более тонкие. Порог чувствительности оказывается настолько завышен, что можно многое не заметить и не почувствовать. Да и полно историй про разные дикие тренинги и "терапии", на которых люди по своей вроде как воле идут на какой-либо психологический экстрим - позволяют себя унижать, терпят дискомфорт на грани невыносимости, подвергать себя опасности и много чего еще. 

Можно, конечно, рассуждать о мазохизме и виктимности некоторых людей, а также о других личностных предпосылках, поместив эту проблему внутрь человека. Мне интересно задаться вопросом: какой культурный контекст влияет на многих из нас, вынуждая искать тех самых "сильных воздействий"? Какие идеи и парадигмы могут оказывать влияние на такие ожидания? Перечислю те, которые мне приходят в голову - можете меня дополнять и поправлять.



1) Самая древняя модель изменения - обряды инициации. В древних обществах переход человек из одного статуса в другой сопровождался весьма жестокими обрядами посвящения. Чтобы попрощаться со старым и перейти в новое состояние, человек должен был символически умереть, чтобы потом вернуться к жизни обновленным. Ритуалы, изображающие символическую смерть, часть действительно ставили человека на грань физического выживания - людей закапывали в землю, заставляли сражаться с дикими зверями или с самыми сильными воинами племени. Практикуются эти обряды и сейчас, и в весьма вроде как просвещенных странах - в российской армии или в американских колледжах, например.

2) Христианские "страсти" и "мытарства" (предупрежу, что излагаю свои представления - если что, поправьте). Чтобы победить в себе ветхого грешного человека и приблизиться к Богу, христианин должен претерпевать страдания. Тут речь даже не о разовых обрядах, а о страданиях длиною в жизнь, как я понимаю. Эти страдания могут носить характер духовной практики, аскезы. Либо же это должны быть страдания естественные, которые вроде как Бог посылает. Либо же могут быть страдания за веру или душу ближнего. Христианские аскетические идеи наложили отпечаток на многие теория и практики развития человека. За тем уточнением, что первичный мистический смысл страдания в них оказался потерян.  И даже если человек не выбирает себе христианство как духовный путь, то  традиции христианства косвенно могут влиять на него и вне религиозных контекстов. 

3) Идеи социального форматирования. Многие педагогические идеи прошлого подразумевали, что сам по себе человек, если его жестко не форматировать воспитанием, вряд ли станет чем-то достойным. Если не форматировать, то из человека будет "лезть только плохое", а на путь истинный его можно наставить только через жесткое подавление спонтанно проявляемого, и привития-насаждения социально одобряемых черт, потребностей и навыков. Методы могли быть разными, но их эффективность часто связывалась с силой форматирующего воздействия - чем жестче, тем лучше. 

4) Уголовно-процессуальная модель. Еще 3 века назад в самых просвещенных европейских обществах практиковали чрезвычайно жестокие, по современным меркам, пытки и казни. Изощренно наказывая тело, воспитывали души - даже перед тем, как отправить их в вечность. Со временем от наказания тела на официальным уровне отказались, но идея исправления личности методами символических, психологических, пыток и казней осталась. И в целом, сама идея о том, что человека нужно наказывать, чтобы менять его поведение и мировоззрение - остается актуальной и сегодня, особенно в России. И влиять она может как напрямую, так и подспудно, на уровне неосознаваемых установок.

5) Медицинская модель. Со временем медицинские методы становятся все менее радикальными - многие операции проводят сейчас без разрезов даже, через естественные отверстия тела. Но традиционно медицинские воздействия, прежде всего хирургические, были весьма жесткими. В нашей культуре представления о личности находятся под сильным влиянием телесных/физиологических описаний - я об этом писал уже. И представления о психологических изменениях оказываются аналогичными. Чтобы что-то изменить в личности, нужно что-то вскрыть, от чего-то избавиться, что-то удалить, отрезать. Либо же получить такую психологическую "таблетку", которая подействовала бы каким-то чрезвычайно эффективным образом, а уж на побочные эффекты наплевать. Собственно, сама возможность таких "телесных" воздействий на личность - под большим вопросом, и часто такие ожидания  оказываются несбыточными, и это приносит разочарование и в себе, и в психологических методах. 

6) "Догуманистические" школы психологии и психотерапии (первой половины 20-го века). Мне представляется, что подспудно на современные представление о "сильном воздействии" могут влиять бихевиористские идеи о том, что правильное поведение можно и нужно "подкреплять" негативными, в том числе, воздействиями. Это только мои гипотезы, правда. В некоторых психоаналитических и близких подходах есть идеи о том, что нужно человека фрустрировать, чтобы ему помочь - например в том, чтобы выстроить "границы". Даже боюсь писать про это, настолько эти идеи сейчас популярны у нас в психологических и около кругах. Но как раз их популярность и может приводить к тому, что эти сугубо терапевтические идеи влияют и на житейские представления. Особенно, если их первоначальный смысл искажается. 

7) Культ силы 1990-х. У нас в стране в 1990-е годы многие люди испытывали разочарование в официальных способах достижения своих целей и защиты свои интересов, да и в "советской морали" в целом. Многим приходилось тогда выживать без поддержки государственных и общественных институтов, а значит - выживать радикальными методами. В том числе, при помощи силовых воздействий. "Беспредел" - ключевое слово тех времен. Культ силы формирует и представления о том, каким должен быть человек, чтобы выжить и достичь успеха. В частности, он должен быть жестким и даже жестоким, без всякой моральной и гуманистической "лирики". И чтобы в себе такие черты сформировать, многим людям приходилось и себя "форматировать" весьма жесткими методами, и от других требовать этого. Не исключаю, что многие идеи, принципы и практики тех времен и до сих пор на нас влияют.

Хочу пояснить, что все эти идеологемы я перечислил НЕ для того, чтобы их критиковать, обесценивать или объявлять неправильными. Как бы мы не относились к разным идеям, как бы мы их не оценивали - они могут на нас влиять. И даже могут брать над нами власть. А понимание их влияния может дать свободу выбора - можно задаться вопросом: хочу ли я находиться под влиянием этих идей? Ценны ли они для меня, чтобы придерживаться их? От чего я могу отказаться, а с чем согласиться? При таком подходе зачастую и потребность в "сильных воздействиях" уменьшается или даже отпадает. Ведь понимание ситуации может стать более точным, тонким, дифференцированным, а не исходящим из принципа "лучшее средство от головной боли - гильотина".



Tags: Восприятие, Насилие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments