Nina Rubshtein (rubstein) wrote,
Nina Rubshtein
rubstein

Category:

Блины на Песах

Оригинал взят у ototo в Блины на Песах
Инна Грингольц
Инна Грингольц,
специально для «Oтото»
Знаете, как надолго озадачить собственного папу, если вам семь, а папе, например, 35?

Спросить: «Папа, а как у евреев кипа на голове держится?». Папа зависнет на полчаса минимум, а в это время можно прийти к маме и спросить, кто такие большевики. Мама придет к папе, радостно хохоча, все забудут, что тебе уже давно надо спать — и можно будет спокойно почитать книжку. Потому что мы-то уже знаем, что кипа приделывается к голове дочкиными заколками, только пока не поняли, как же выкручиваются лысые папы или папы мальчиков.

Кстати, не поняли до сих пор, очень интересуемся.

Но это бы ладно. А я, например, знаю очень умного ребенка очень хороших отото. Но не знаю, какая сволочь подсунула этому ребенку книжку про еврейские праздники. В результате ребенок пришел с вопросом, чем отличается менора от ханукии, а также почему нельзя сделать для всех Песах в одно и то же время. Ну или Пасху. Ну как хотите. Родители потом звонили мне, подозревая меня в подсовывании книжки, и хотели консультации. Кроме того, ушлый младенец незамедлительно обрел identity и потребовал отмечать ВСЕ еврейские праздники, но при этом русские праздники тоже, потому что бабушка печет вкусные блины.

Вдумчивая девочка, впервые попавшая в Израиль, долго сдерживалась, но в результате все-таки подошла к тетеньке в парике и спросила, почему. Ответа, конечно же, не получила, и пострадали опять родители. Эти родители были подкованнее предыдущих, поэтому, как могли, попытались поведать о ритуале сота и обнажении головы. Вдумчивую девочку лет пяти этот скучный рассказ бы удовлетворил. Но этой девочке, к несчастью, было почти вдвое больше. Вопрос, который она задала, честно говоря, занимает и меня. «А зачем парик, если можно ходить с бритой головой?»

Очень, очень много детских вопросов в семье отото появляется после того, как кто-нибудь добрый объяснит ребенку, что такое кашрут. Такой добрый непременно найдется. В результате... «Папа, а почему ты ешь сало? Нельзя же!». Тут папа осознает, что кусок прекрасного свежего сала только что встал ему поперек горла, что он неправильный еврей, а сын уже практически перестал его уважать. Давясь, объясняет, что мы живем в России, что все эти правила соблюдал прадед, а дед уже не соблюдал, что мама замучается разделять мясное и молочное, и вообще мама — шикса, осекается, понимает, что из него только что вылетело, видит свою жену... Жена крутит пальцем у виска и кивает на ребенка, который уже приготовился слушать лекцию на тему остатков идиша в пятом поколении московских евреев-ашкенази.

Но лучшим вопросом за всю историю я считаю вопрос мальчика, которому несколько лет назад задали в школе читать Гоголя. Ему давно рассказали про еврейскую культуру, сводили на концерт клезмеров, дали послушать Джуди Франкель, прочитали с ним Шолом-Алейхема и немножко Бабеля, покормили яблоками и медом и объяснили про уши Амана. Нафаршированный всем этим знанием ребенок пришел к родителям и, как положено крохе, спросил: «А кто такие жиды?».

А какие неудобные вопросы вам задавали ваши дети?



Tags: Экзистенциальное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments